Руками к асфальту
Автор: Максим Кич (begemoth@tut.by )
Дата публикации: 17/08/2003
Категория: Фантастическая Поэзия
Версия для печати
***
Руками к асфальту, в надежде нащупать
траву,
К побелке, в надежде пробиться сквозь
серое небо.
Свобода быть правым, оставлять
свою правду себе,
Клети и клетки, клетушки,
клетёнки.
Плеть с гравировкой "Так надо!"
Одиночество - зверь.
Рваный ритм с
синкопой.
Дверь оставляю открытой,
Но в
неё входит ветер,
Один только ветер уже
столько лет
Холодит мою душу,
И падает
снег.
Четвертичность структуры, белые хлопья,
Когда я проснусь, на дворе будет лето...
Самое белое лето.
Как сбивки в размере
стиха, что не сможет стать песней,
Как птицы в
клетушках и клетках,
Как город, в котором так
тянет курить,
Как слово, простое избитое слово
"Люди".
Его, как известно, пишут с
заглавной.
Сон в руку, в руке чья-то прядь:
Я иду на поправку
И завтра я буду
поправлен
Диагноз всё спишет...
И мне б
умереть - не могу...
И мне б полюбить - не
умею...
Вверх, по стенам к звёздам
И вниз.
Как бывает лишь в снах наяву,
Как бывает
лишь в книгах о тех, кто уже не поёт.
Падает
снег. Я иду.
Чёрная точка на белом безмолвии
дня,
Знак препинания, согнутый болью,
Огнём в диафрагме.
Падает снег...
На
асфальт, где я всё же надеюсь нащупать траву,
На город, усталый и злой,
На дома и
трамваи,
На меня.
Чёрная точка.
Конец
предложенья, абзаца и книга -
Поставьте на
полку, забудьте!
Не любил - значит, не был...
Холодное слово "свобода"
В нём снег и
запах палёной резины,
Вагон идёт в парк.
Рюкзак из истёршейся кожи
И ночь, упавшая
птицей, разбившая крылья,
След на асфальте,
очерченный мелом.
Улыбка.
Над нею - глаза
залитые болью,
Песни, которые трудно забыть,
Женский голос с надрывом
И холод свободы в
движениях витебской кошки, забывшей свой дом.
Абстракция Смерти.
Не в счёт, потому что
вчера было мимо.
Не со мной, не с тобой и не с
нею,
Лишь светлее улыбка и больше полыни в
глазах.
На снегу - металлический дом
И
приказано жить, по возможности, долго,
Но
страшно...
Так страшно смотреть в ночное окно,
Словно там ничего уже нет,
Словно двери, в
которые все потихоньку ушли,
Словно ветер и
снег,
Липкий страх
Над розовым утренним
небом.
Беспросветная тупость, вселенский
авось.
Так бери и играй в свои кости!
Как
строки на талом снегу,
Как здесь и сейчас,
Как отныне и присно,
Как точка на белом
пейзаже зимнего дня,
Как формат А4, вместивший
весь мир,
Как улыбка от боли...
Здесь
мудрость:
Бери и считай свои числа,
Хватай
и беги - не догонят!
Или просто играй,
Ты
свободен играть в своей клетке,
Клети,
клетушке, клетёнке,
Рисовать в альбомном
формате,
Улыбаться с полынью во взгляде
И
жить в металлическом доме...
А я - это точка.
Древний символ конца и начала.
Кто-то
должен быть первым,
Чтобы был и четвёртый и
пятый...
Сырая земля превращается в блоки и
сваи,
А мы обращаемся в землю.
Мне снег
улыбнётся и будут яркие звёзды
И только
немножечко холодно
В самом начале.
Колыбель для кошки
Двум непохожим девочкам
-
Две одинаковых куклы,
Но одна кукла -
хорошая,
Умыта, одета, расчёсана:
Добрая,
добрая кукла!
А вторая, плохая, сломана,
Порвана, брошена на пол,
Нехорошая,
скверная кукла!
Поговорили по-взрослому -
Откачали в детской больнице,
Наверное, не
стоит с куклами
Так громко и больно
беседовать.
Но такие серьёзные хлопоты
Весь день у маленьких девочек,
Что плохие
грязные куклы
Недостойны внимания детского.
Пусть гуляют себе, бесстыдницы
Где, когда
и по сколько хочется. Пусть идут себе в злачные
ящики
И домой больше не возвращаются!
Разливают пусть слёзы стеклянные
И ревут
пред себе подобными,
Не нужны нехорошие куклы
Правильным маленьким девочкам...
Только
ночью звонки тревожные:
От дознания к
опознанию.
Нехорошей свинцовой патокой
Слёзки куклины отливаются.
Причеши
нерадивую куклу,
Уложи в колыбель для кошки.
Уходя, поцелуй её, спящую
Крепким сном в
колыбели для кошки.
***
Как любовь моя, трижды светлая
Продала себя за бутыль "чернил"
Напилась и
заснула себе в углу
На полу, в первородной
густой пыли,
Так и я не жалел, горьких слёз не
лил,
Всё забыл, что было и чем я жил.
Открываю ставни в слепой рассвет,
Солнца
свет, покуда хватает сил
На последний шаг и
полвзмаха крыл.
Небеса в глаза, опалён зарёй,
Да лететь нельзя - становлюсь землёй,
Лишь
роса алеет...
А любовь моя, трижды светлая
Подошла к окну, чтоб закрыть его.
Не нашла
меня...
***
Во всех людских выселках
Встречали птиц выстрелы,
Весну - седина в
висках,
Да ор диких выстрелов.
Толпа
грязно-серая
Взяла её силою,
Размозжила
тело ей
Во злобе бессилия.
Теперь - холода
сто лет,
Бесптичье безликое,
Да ртутный
холодный свет
Над бравыми криками.
***
Сколько безумных лет
Вобрали
хрусталики выцветших глаз?
Сколько бездумных
фраз
Успел он сказать по дороге в наш дом?
Кем он пришёл к нам? Врагом?
Или другом
что встанет за нас...
Может, подскажет час,
Может, останется, скрытое тьмой.
И кто-то
покончит собой,
А кто-то найдёт каплю сил и
прорвётся в рассвет.
Помянем тех, кого нет,
Поможем, тем, кто живой.
И каждый
картонный герой,
Уснувший в окопах бумажной
войны
Получит право на сны
И шанс на
обратный билет...
***
Ощущаю корою мозга
Шероховатость
небесной тверди
Так сотрусь о нулёвку неба,
Не успевши опохмелиться!
***
Здесь было солнце, но я был глупым,
Искал чуланы, от света прячась,
Набив
карманы чужим горохом,
Девичьим смехом и
всякой грязью,
Искал дорогу к чужому счастью.
От мутных окон - на правый берег,
От
скользких петель к зиме и снегу.
Играл на
струнах, орал с надрывом
На рваных нервах и
битых стёклах,
Я сталью бредил, стрелял не
целясь,
Жалел убитых, карал невинных.
Я
становился безликим Зверем
В чужих покоях, в
чужих постелях.
Смеялся с кровью и кровью
плакал.
Красна подушка, до мало проку!
Никто не слышит, никто не верит,
И я уже
никому не должен.
***
Люди по привычке, люди по ошибке
На полночных кухнях говорят о вечном;
В
пьяных посиделках кажутся богами,
Но не станут
камни свежими хлебами.
Станут эти камни над
сырой землёю
Стройными рядами - имена и даты.
По привычке - люди, по ошибке - боги
Лягут
поголовно, да под эти камни.
А хлеба и песни
испекут другие...
Только много ль чести, рвать
хлеба на части
С теми, кто под утро имени не
вспомнит?
Собирайте жатву! Колоса - снопами,
Колоса - хлебами, а людей - камнями!
***
По привычке люди молоды до смерти,
К людям по ошибке старость опоздает
Их не
опознают: имена и даты
По ошибке примут за
стихи и цены.
Люди станут строем, камни лягут
в стены,
Веря по привычке Богу по ошибке.
Стройными рядами - в пламенную вечность,
К
облакам и звёздам, гордые творенья,
Что под
камни лягут, каждый - в своё время
***
А под утро - пепел, да поверх
веселья.
Думали о вечном - обрели похмелье.
К звёздам шли не прячась, а стоим шатаясь.
Люди по ошибке, по привычке - стая.
***
В Сталинградском кольце злого
непонимания
Очень трудно менять свои
убеждения.
С изумлением смотрят ванильные
граждане
На мои, непонятные им, убеждения.
Всяк, сожравший собаку на ниве софистики
Мне докажет, что я - существо недостойное.
В свете сотен веков устоявшейся истины
Трудно быть молодым в рамках пристойного.
***
Ты сбереги меня, Господь,
От
строчек, изданных посмертно,
От тех, кто
силится помочь,
Но помогает так же верно,
Как выстрел в собственный висок.
А мне,
поверь, уже не страшно
И "рок" по-русски - это
рок,
А не "скала", не "жизнь", не "счастье"
И я стою такой, как есть:
Я видел высь и
видел бездну
Быть может, я куплюсь на медь,
А может - в пламени исчезну.
Мне нет
причин пенять на крест,
Что выбран, собран и
оплачен
И не со всех обид и бед
Судьба-кассир отыщет сдачу.
Но в жизни нет
второй любви,
И Смерть приходит лишь однажды,
Цветы умрут в конце весны
И дважды не
стучится счастье...
Но, всё же, сбереги,
Господь
От всех, полюбящих посмертно,
От
тех, кто вгонит в крышку гвоздь,
Опустит гроб
и бросит землю.
Во всей Вселенной пахнет нефтью
Работы по теме:
Входящие Эволюция видов Скретч
