Вечный двигатель

— Товарищ лейтенант, можно вас на минуточку? — остановил Василия, уже открывшего дверцу сво-его Фольксвагена, сержант Волошкин, возглавляющий пост экологического контроля.
— Туды твою мать! — мысленно выругался Василий, сердито сплюнув под ноги. — Один единствен-ный раз решил со службы на часок пораньше слинять, и то не дают.
— Ну, что там у тебя за проблема? — он сурово взглянул на сержанта, суетящегося возле газоанали-затора.
— Прибор видимо поломался. Стрелка на нуле стоит. Да вы вот сами посмотрите. — Волошкин су-нул датчик в выхлопную трубу старенького Жигуленка первой модели, и попросил сидящего за рулем водителя нажать на газ.
Двигатель приглушенно загудел, но стрелка не шелохнулась.
— Вы что, гражданин, движок забугорный в свою коросту воткнули? — поинтересовался Василий, не предвещающим ничего хорошего голосом, про себя отметив странный звук, доносящийся из-под капота.
— Нет, конечно, — невысокий полный мужчина лет сорока вылез из машины, вытирая платком об-ширную лысину. — Какой смысл? Уж тогда дешевле старенькую иномарку было приобрести.
— А может у вас глушак с катализаторами?
— Да зачем мне глушитель, если двигатель и так тихо работает?
— Интересно получается, Алексей Павлович! — лейтенант задержал взгляд на пластиковой карточке техпаспорта. — Кузов гнилой, мятый, как будто его собаки жевали. Глушителя нет, двигатель как — то странно работает, а вы еще пытаетесь техосмотр пройти!
— А почему бы и нет? — в голосе хозяина машины появились раздраженные нотки.
— Ходовая исправная, СО в пределах нормы, даже ниже. Вам не нравится, что двигатель не шумит? Так неужели это недостаток, если он на полных оборотах мощность до двухсот лошадиных сил развивает?
— До двухсот лошадок? Обычный жигулячий двигун? Я о таком никогда не слышал.
— Почему обычный жигулячий? Обычный у меня пол года назад клин поймал, и руку дружбы по-казал. На СТО сказали, что ремонтировать бесполезно. Дешевле новый купить. Что я и сделал.
— Вот видите, — в голосе Василия появились злорадные нотки. — Выходит, вы двигатель поменяли, а в документах об этом не сказано. Ну-ка поднимите капот, будем разбираться.
— Это еще что такое?! — он с удивлением уставился на ребристый цилиндр, размером с ведро, кроме которого в моторном отсеке ничего не было. — Может быть, вы, Алексей Павлович, сейчас начнете мне доказывать, что это и есть двигатель? Новый, экспериментальный, какой нибудь, которые на-ша оборонка для луноходов выпускает?
— Да почему экспериментальный?! — владелец машины похоже начинал выходить из себя. — Обыч-ный трехфазный электродвигатель, который я в магазине электротоваров купил. Вот справка — счет, чтобы вы не подумали, что я его где-то спер.
— Выходит, это у вас теперь электромобиль получился?
— Выходит, что так. А какая, собственно говоря, разница? Ездит, и ездит. И с бензином никаких проблем.
— Вы, гражданин, мне голову не морочьте! Какая разница? Разница есть. И даже не одна, а две, как говорят в Одессе. И обе большие. Если это электромобиль, почему об этом в документах отметки нет? И, кроме того, вам техосмотр нужно не здесь проходить, а в трамвайном или троллейбусном депо, где соответствующие специалисты имеются. Так что снимайте номера, а в понедельник к нам в отдел подойдете, и там разбираться будем.
— Может, мы этот вопрос здесь, на месте уладим? — присев на корточки мужчина достал ключи, и принялся откручивать ржавые болты.
— Попробуйте. Шеф еще не уехал. — Василий посмотрел на новенькую серебристую Ауди, вольгот-но расположившуюся под единственным на всю площадку навесом, затем, забрав документы и номерные знаки, направился в свой кабинет, в душе проклиная и сержанта, и этого бестолкового мужика, так некстати спутавших его планы на сегодняшний вечер.
Сунув ключи в багажник, мужчина отогнал машину на штрафную площадку, и понуро поплелся искать начальника.
***
— Говоришь, он электромобиль на техосмотр представил? — поинтересовался шеф, кивнув на за-стывшего у дверей владельца экзотического транспортного средства.
— Так точно, товарищ майор! — Василий украдкой посмотрел на часы, с огорчением поняв, что на этот раз очередная наспех выдуманная история про героические будни милиции Дашеньку уже не устроит, и запланированный на завтра поход в аквапарк придется отложить на неопределенное время, если не навсегда.
— Сколько лет в ГИБДД служу, никогда о таком не слышал, чтобы электродвигатели на Жигули ставили. И что, ездит?
— Еще как! — мужчина подошел к столу, и уселся напротив. — До сотни за восемь секунд разгоняет-ся! На ровной трассе я из своей ласточки однажды двести двадцать километров выжал! Запас еще был, но я побоялся, что колеса отвалятся.
— А на сколько заряда аккумуляторов хватает?
— Там аккумуляторов нет. Там индукционная катушка стоит, которая энергию окружающей среды в электрическую преобразует. Пять месяцев езжу, и никогда проблем не возникало.
— Что-то у меня такое в голове не укладывается, — майор задумчиво почесал затылок, и достал из кармана пачку сигарет, угостив водителя и Василия.
— А откуда она, энергия эта, в окружающей среде берется?
— Да ее там валом. Излучение звезд, взрывы сверхновых, другие природные катаклизмы… Запасы этой энергии в космосе неисчерпаемы. И пока вселенная наша существует, мне о топливе можно не беспокоиться.
— Выходит, вам удалось вечный двигатель изобрести? — на губах Василия появилась ироническая усмешка.
— Выходит, что так, — без всякого смущения ответил мужчина. — Только вот термин этот «вечный двигатель» с моей точки зрения не совсем удачный. Ведь на моей машине обычный электродвига-тель, довольно мощный, правда, установлен. А они, как вам надеюсь известно, далеко не вечные. Особенно отечественного производства. Да и вселенной нашей рано или поздно конец наступит. Так что ничего вечного в этом мире нет, и быть не может.
— А нас в школе учили, что вечный двигатель изобрести невозможно. Неужели вам об этом не из-вестно? — поинтересовался Василий.
Впервые за все время беседы мужчина улыбнулся: — Раз я его изобрел, следовательно, неизвестно.
— Погоди, лейтенант! Замолкни на минутку! — недовольно пробурчал шеф. — Скажите, Алексей Павлович, а на Ауди тоже такую штуковину можно установить?
— Конечно можно. Только она у вас работать не будет.
— Это почему? На Жигуле работает, а на Ауди не будет?
— Дело тут не в марке автомобиля, а в человеке, который за его руль садится. Индукционная ка-тушка, это так, преобразователь. А распределением потоков Реликтовой энергии человеческий мозг ведает. Это самый совершенный инструмент во вселенной. Я так думаю, что он чем-то срод-ни компьютеру, которые сейчас на производствах устанавливают, чтобы ход сложных технологи-ческих процессов контролировать, и необходимые корректировки вовремя вносить. Кстати, впол-не вероятно, что и у инопланетян этот орган по своему строению немногим от нашего отличается.
— Тогда совсем непонятно получается! Вот вы считаете, что у инопланетян мозги как у нас, и в то же время заявляете, что я не сумею эту космическую энергию оприходовать. А ведь я такой же че-ловек, как вы.
— Или вы, Алексей Павлович, на самом деле гуманоид какой нибудь, с Альфа Центавры? — майор с любопытством взглянул на собеседника.
— Нет конечно. Неужели я на инопланетянина похож? Просто далеко не каждый способен в кон-такт с единым энергоинформационным полем Земли, да и космоса тоже, входить. Как у меня это получается? Сам толком не пойму. Просто я с детства чужие беды и горести, как свои собствен-ные переживаю. Если рядом кому-то плохо, места себе не нахожу. Все думаю, как помочь.
Теперь я понимаю, что видимо, у меня природный дар такой, свои биопотенциалы с окружающи-ми людьми и животными синхронизировать. А когда биотоки по своим частотным характеристи-кам совпадают, мозги в унисон работать начинают. Вы про такое явление, как резонанс слышали? Так вот, при нем мощность сигнала во много раз возрастает. Конечно, в жизни мне тяжело прихо-дилось. Представьте сами, каково на себя такой груз взвалить? Зато вскоре стал замечать, что и те, кому я хоть раз помог невзгоды пережить, мне в трудную минуту на помощь приходят. На уровне подсознания, но это сразу чувствуется. Силы моментально появляются. Горы свернуть готов. Ко-гда постарше стал, понял, что эти силы я из энергоинформационного поля черпаю.
— Выходит, это каждому человеку доступно? Может и у меня получится? — майор лихорадочно думал, как побыстрее овладеть такой способностью, чтобы сразу поставить на свой автомобиль вечный двигатель.
— Может и получится, — обнадежил его Алексей Павлович. — Только это не так просто, как вам ка-жется. Не один год учиться придется.
Вот у лейтенанта уже видимо ничего не выйдет.
— Почему вы так считаете? — Василий хмуро взглянул на этого странного мужика, которому похо-же, удалось найти общий язык с шефом.
— Зла у вас в душе много. И равнодушия тоже. А люди это чувствуют, и тем же отвечают. Так что в трудную минуту вам трудно будет на чью-то помощь рассчитывать.
Вспомните хотя бы того парня, которого вы вчера во время рейда за превышение скорости задер-жали. Как он вас уговаривал отпустить! Любой штраф предлагал заплатить. Так ведь вы его спе-циально на экспертизу направили, хотя запаха никакого не почувствовали, да и индикаторная трубка ничего не показала. Даже не удосужились спросить, куда это он так торопился, и почему так возбужден. А у него, у водителя этого, сынишка пятилетний с дерева упал, ноги поломал, и он в больницу мчался.
— Ладно, это я так, к слову. Вы уж, пожалуйста, не обижайтесь. — Алексей Павлович взял из лежа-щей на столе пачки сигарету, и чиркнул зажигалкой.
— Откуда вам это известно? Вы что телепат, или ученый?
— Ну что вы! — смутился мужчина. — Какой из меня ученый, а тем более телепат? Сам не пойму, от-куда этот факт в памяти всплыл. Я врач. Обычный участковый терапевт. До недавнего времени в поликлинике работал. И, следует отметить, ни о чем другом не мечтал.
— Если вы так свою работу любили, отчего же ушли? — поинтересовался майор.
— Разве я сам ушел? — голос Алексея Павловича предательски дрогнул. — Выгнали меня оттуда с треском, да еще на пару месяцев в психбольницу упрятали.
— Что же вы натворили, если с вами так сурово обошлись?
— Да ничего особенного. Нескольких больных от рака вылечил. Ведь я же вам говорил, что чужие несчастья, как свои собственные воспринимаю. А больных этих, неоперабельных, у которых уже четвертая стадия, из онкодиспансера ко мне направляют, чтобы я их на дому навещал, наркотики выписывал. И начал я тогда думать, как помочь им от мучений избавиться. Литературу почитал, по Интернету полазил. А потом, однажды ночью, меня осенило. Все очень просто оказалось. В каждой клетке нашего организма генетический код заложен. Программа такая, согласно которой она растет и делится, а потом погибает. А вот если программа эта сбой дает, клетка в раковую превращается, безудержно размножаться начинает, и из своего хозяина все соки высасывает. Для того чтобы этих больных спасти, и нужно-то было всего-навсего эту программу подкорректиро-вать. Это совсем просто оказалось.
— Так вам же за это Нобелевскую премию дать должны! — воскликнул майор.
— Все правильно, — грустно улыбнулся Алексей Павлович. — Это если бы я профессором или акаде-миком был. А так простой врач.. .
— Но ведь вы больных вылечили? — не унимался шеф.
— Вылечил, и что из этого? Авторитетная комиссия, которая с этим вопросом разбиралась, пришла к заключению, что рака у них нет, и никогда не было. Просто онкологи ошиблись. И получил я за этих больных не Нобелевскую премию, а диагноз «Вялотекущая шизофрения», и запрет до конца жизни врачебной практикой заниматься.
— Так выходит, вас психиатры на учет поставили? — перебил его Василий.
— Конечно поставили, — подтвердил его предположение Алексей Павлович. — Да и как иначе могло быть, если я в стационаре два месяца на обследовании пролежал?
— А если вы учетный больной, — продолжал развивать свою мысль лейтенант, — то мы вас к управ-лению допускать не имеем права. И водительское удостоверение должны изъять.
— Ты, Вася не суетись! Этот факт в проверке нуждается. Мало ли что человек на себя наговорить может. — Майор подвинул поближе телефон, и принялся набирать номер.
— Да, все правильно, — грустно вздохнул он, положив трубку.
— Факты подтвердились. Но вы, Алексей Павлович, так не переживайте. Машина ваша пока у нас постоит, а потом, если хотите, кто нибудь из моих парней ее к вам в гараж перегонит. Я вам свою визиточку дам, если вам удастся это недоразумение с психиатрами уладить, позвоните сразу. Ва-ши права я у себя в сейфе спрячу.
— Спасибо за заботу! — мужчина поднялся и положил права на стол.
— Я вот тут свой телефон записал. Если вам надоест о бензине или газе для своего автомобиля по-стоянно думать, позвоните. Мне вот сейчас интересная мысль в голову пришла, что он может и на обычной водопроводной воде прекрасно работать. Ведь вода, как вы знаете, из кислорода и водо-рода состоит. Водород горит, а кислород горение поддерживает. Там и переделывать ничего, кро-ме карбюратора не придется. У меня в автосервисе знакомый есть, мы с ним вдвоем с этой про-блемой за пару часов управимся.
Я на вас обиды не держу. Что поделаешь, если служба у вас такая.
Попрощавшись, он скрылся за дверью.
***
— Ну что ты по этому поводу думаешь? — поинтересовался майор, открывая сейф.
— А что тут думать? — пожал плечами Василий. — Псих — он и есть псих. Он нам тут битый час свои бредовые идеи выдвигал, а мы, развесив уши, слушали. Я из-за него на свидание со своей невес-той опоздал. Теперь она мне такой скандал устроит, что мало не покажется.
— Погоди ты о невесте! — оборвал его шеф. — Я тебя о двигателе, что на его Жигуле установлен, хо-чу спросить. Он что, действительно странным тебе показался?
— Почему? Самый обыкновенный электродвигатель, ну, типа тех, что на лифты ставят.
— Слушай лейтенант, — шеф начинал выходить из себя, — а как ты думаешь, сколько электроэнергии такой двигатель потреблять должен? Где он ее берет? У него что, удочки, как у троллейбуса, или дуга, как у трамвая есть?
Звонкая трель телефонного звонка заставила майора умолкнуть, и снять трубку.
— Слушаю, — недовольно буркнул он, но, узнав голос самого начальника областного управления, моментально сменил тон.
— Тарасов, говорите? Алексей Павлович? Ну да, был, и только недавно ушел.
— Говорите, старший брат приказал оказать ему содействие в прохождении техосмотра? Так что же они раньше нас об этом не предупредили? И почему об этом шизофренике ФСБ такую трога-тельную заботу проявляет? Его недавно в десятый почтовый ящик на должность генерального конструктора антигравитационного двигателя пригласили? Как такое произойти могло? Ведь он же ненормальный, и на учете состоит. Поэтому мы у него водительское удостоверение изъяли.

— Где ты видал нормальных гениев, кретин?!! Они все с приветом!! — взревел генерал, бросая труб-ку, и лихорадочно размышляя, как преподнести этот факт большим людям из контрразведки.

23 августа 2004 г.